О двух противоположных методологиях, двух моделях

экономики и национального хозяйства

По желанию читателей, можно получить отработанные варианты рабочих программ, варианты ФОС, а также курсы лекций по микро- и макроэкономике, подготовленных на основе моего учебника и практического педагогического опыта. Оставить заявку

 

       1. Результаты научных исследований зависят в большой степени от научной методологии, а она ― от принятой точки отсчета, от угла научного зрения. Л.Н. Гумилев, например, очень  верно подчеркивает: «то, что называют обычно «всемирной историей» ― способ подачи  материала, когда произвольно выбрана точка отсчета»[1].

       Добавим от себя:  выбрана на основе определенной системы ценностей, которые задолго до этого избрал этнос. Напомним читателю, что методология исследования всегда является производной от укоренившихся этнических стереотипов, от избранной этносом психологической доминанты поведения, скажем ― общинного, коллективистского поведения, нацеленного на достижение общего блага, на участие в общем деле, или, наоборот ― индивидуалистического этнического стереотипа, производного от морали крестоносцев-грабителей и англосаксонских морских разбойников.

      Так, например, если за точку отсчета взять индивидуалистические стандарты (этнические стереотипы) западной цивилизации и соответствующие научные методологические принципы ― индивидуализма, прагматизма  и  технократизма,  то у нас в итоге получится   ― прозападная  картина,  прозападная модель общественного развития,  прозападное видение окружающего мира и нашего исторического развития. Очевидно, что результаты научных исследований будут здесь  абсолютно неадекватны нашей реальности, нашей истории и нашей хозяйственной практике. И наоборот, если в основе научного анализа лежать методологические принципы коллективизма и солидарности,  то  результат научных поисков модели общественного развития  будет другой ― более адекватный как нашей культуре, так и нашей хозяйственной практике.

         Нам уже давно пора понять, что англосаксы, просыпаясь каждое утро, вот уже почти 500 лет подряд, смотрят на мир как на карту боевых действий, как на глобальную диспозицию, на которой все незападные страны, включая и Россию, отмечены как страны-мишени, как потенциальные трофеи и «бесхозное добро».  

      Это их точка отсчета, их мораль, их принцип жизнедеятельности, опираясь на который они, по меткому выражению О. Шпенглера, убеждают весь мир, «что интересы народа морских разбойников ― это интересы всего человечества», прикрывая ограбление народов и стран с помощью принципа «свободной торговли» — идеями «свободы» и «демократии»[2].

     Соответственно этому существуют и два типа противоположных учебников: западные и восточные, основанные на философии традиционализма.

    Западное общество приводится в движение системой работающих принципов, в основе которых лежитметодологический индивидуализм. Этот принцип  является первоосновой  в том   смысле, что ― западное общество строится снизу вверх, что именно действия индивидуумов создают потребительское либеральное общество. Индивидуализм является фундаментальным — системообразующим принципом западной (англосаксонской) цивилизации. Этим принципом пронизано и его духом пропитано всё англосаксонское общество Великобритании. Именно индивидуализм и соответствующие эгоистические частнособственнические интересы формируют точку отсчёта англосакса, определяют его жизненную позицию. Общество и его национальное хозяйство встраиваются здесь снизу ― вверх, отталкиваясь (точка отсчета) от буржуазного «Я», стремящегося к абсолютной свободе от Бога, от общества и всех социальных обязательств.

      Именно поэтому индивидуализм в либеральной доктрине называется — методологическим индивидуализмом. Базовый принцип англосаксонской жизнедеятельности является одновременно и ключевым методологическим принципом.

    Точно так же, как принцип коллективизма (общинности), являясь фундаментальным и стрежневым для традиционного восточного общества, включая Россию как русскую Евразию, является одновременно и ключевым методологическим принципом — принципом методологического коллективизма[3]. И это понятно: принципы, с помощью которых можно анализировать общество, являются принципами развития этого общества. В общественных науках методология как система принципов, с помощью которых анализируется общество, его хозяйство и цивилизация в целом, ― является одновременно системой жизненных принципов, определяющих способ жизнедеятельности народа и всего общества.

     Еще раз кратко: научные принципы общественных наук ― суть принципы взаимодействия людей в различных сферах общества.   

 

      Известный немецкий  экономист и социолог, представитель исторической школы политической экономии, Вернер Зомбарт (1863—1941) наиболее существенным признаком различных хозяйственных систем считал господствующий в них «хозяйственный дух».

 

По определению Зомбарта, к которому присоединился во Франции Ф. Перру и Р. Барр[4], экономическая система характеризуется тремя группами элементов:

  1. Дух ― «жизнь духа», которая определяет национальный образ мысли, активность, мотивы и психологию экономической деятельности.

  2. Форма  ― совокупность государственных, социальных, юридических и институциональных элементов, которые определяют отношения между экономическими субъектами (режим собственности, статус труда, роль государства); Зомбарт выступал за государственный контроль над бизнесом и настаивал на необходимости планирования индустриального прогресса.

  3. Субстанция ― техника, формы производства и предпринимательства, совокупность материальных способов, с помощью которых из ресурсов производят блага[5].

Ответ:

У Зомбарта речь идет о взаимодействии ― духа, формы и субстанции:  а) духаспособа духовного бытия; б) формыспособа жизнедеятельности как «совокупности социальных, юридических и институциональных элементов», которые определяют отношения между экономическими субъектами; в) субстанцииспособа материального производства как «совокупности материальных способов, с помощью которых получают и трансформируют блага». Речь идет о взаимодействии трех структурных элементов, образующих формационно-цивилизационное движение общества, о чем мы уже говорили выше: формации (субстанция), цивилизации (форма) и культуры (дух). Именно их взаимодействие и образует хозяйство страны, т.е. национальное хозяйство.

       Этот подход применим и к анализу отдельных хозяйственных укладов. И это понятно: хозяйство, в отличие от экономики, включает в себя, помимо хозрасчетных принципов, моральные (социокультурные) факторы, а также идеологическую систему, включая институты государства. Что же касается методологии Р. Бара, то он предлагает применять комплексный морфологический метод к анализу хозяйственной деятельности. 

   Именно такой метод мы и применяем, называя его системной методологией, основанной на синтезе формационного анализа способа производства, цивилизационного анализа способа жизнедеятельности и геополитического анализа движения национального хозяйства в целом. Однако наш системный метод отличается от различных подходов, объединяемых понятием «системная методология». Прежде всего тем, что подчинен экономико-философскому подходу к анализу национального хозяйства как механизма воспроизводства всего общества.

       Структура общественного производства включает в себя сферу не только материального, но и нематериального производства, частью которого является духовное производство. А исследовать его можно только при помощи экономико-философского подхода, опираясь на методологический инструментарий, выходящий за узкие рамки чисто экономического знания.   

          Говоря о необходимости преодолеть ограниченность предмета теоретической экономии, Ю.М. Осипов, д.э.н. и зав. лабораторией философии хозяйства, директор Центра общественных наук экономического ф-та МГУ им. М.В. Ломоносова подчеркивает: «научная экономия должна преодолеть свое отделение от так называемого неэкономического знания, впустить в себя то, что она так упорно отвергала. И это еще не все: научной экономии нужно задуматься и над возможностью пересмотра своего предмета, определенного ведь под потребности научной экономии, т. е. достаточно узкого, условного и специального. В итоге научная экономия оказывается перед необходимостью открыть себя и свой предмет для обогащения, для восприятия более масштабных и сложных реалий, для наполнения себя новыми смыслами»[6].

            На наш взгляд, предлагаемая нами методология системного политэкономического анализа позволяет решить проблему «восприятия научной экономией неэкономических знаний», о чем говорят ведущие русские ученые. Особенность предлагаемой нами методологии заключается в междисциплинарном подходе, который  позволяет, на наш взгляд, охватить все хозяйство страны, подойдя к его анализу с трех разных сторон, увязывая при этом воедино все сферы общества, соединяя экономику, политику и культуру в один общий метапредмет политэкономического анализа. В итоге это дает нам реальную историческую динамику хозяйственного развития, помогая избежать умозрительности и догматизма. Все это расширяет предмет научных знаний, а также возможности «восприятия научной экономией неэкономических знаний», т. е. «свободной интеграции всех знаний, позволяющей науке выйти из созданного ею же научного тупика»[7].

 

[1] Гумилев Л.Н. Тысячелетие вокруг Каспия. – М., 2003. – С.37 (курсив и подчеркивание мое - А.О.).  

[2] Шпенглер О. Пруссачество и социализм / Пер. с нем. Г.Д.Гурвича. – М.: Праксис, 2002. – С. 83.

[3] Современный представитель теории американского институционализма У.Сэмюелс следующим образом определил их содержание: «Под «методологическим индивидуализмом» подразумевается такая точка зрения, что наиболее адекватные или эффективные знания в области общественных наук могут быть получены путем изучения отдельно взятых индивидов; под «методологическим коллективизмом» — такая точка зрения, согласно которой подобные знания являются результатом изучения групповых процессов или явлений». — См.: Современная экономическая мысль: Пер. с англ. — М., 1981. - С.681.

[4] Бывший премьер-министра Франции  Раймон Барр  был экономистом. Его учебник «Политическая экономия» вышел в свет в 50-х годах. Р. Барр внес большой вклад в развитие высшей школы, становление знаменитой ЭНА (Ecole nationale d'administration), выпускники которой ("энархи") составляют костяк государственного аппарата Франции. Этот учебник был издан и в России. Русский перевод 1-го тома сделан по 13-му изданию (1983 г.). Многое с тех пор изменилось в мире, но работа Барра из числа нестареющих.

[5]  Барр Р. Политическая экономия: В 2-х тт. – Т. 1: Пер. с фр. – М.: Междунар. отношения, 1995. – С. 170.

[6] Ю.М. Осипов. Экономическая цивилизация и научная экономия. –  Экономическая теория на пороге XXI века—3 / Под ред. Ю.М. Осипова, Е.С. Зотовой. — М.: Юристъ, 2000. С. 25.

[7] Ю.М. Осипов. Экономическая цивилизация и научная экономия. – С. 25.

См. мою статью

Духовные основания хозяйственного уклада // Научный результат. Серия. Социология и управление. − Белгород. − №2. ‒ 2014. ‒ С. 56-64. // Сайт: Научная школа. «Евразийский мейнстрим. Русский взгляд» // [Электронный ресурс].  URL: Режим доступа:  www.euroasianmainstream.ru.

Скачать статью

Олейников Александр Алексеевич

доктор экономических наук, профессор

© 2016 Евразийский мейнстрим

8(926)-161-51-47          

8(919)-768-78-83

Логотип.png